Самба [СИ] - Павел Матисов

Разрезать наглухо запаянные емкости мы не решились. Вскоре приползла Сидзука — уставшая и сонная. Рассказала немного про своего приятеля, черного журавля. Разрешила резать ткань. Ну-ка поглядим, что нам принес аякасский санта-клаус?!

Две девочки подошли к калитке перед входом в дом Юто Амакава одновременно. До начала школьных занятий последней учебной недели перед каникулами оставалось еще около часа.

— Староста, что ты тут забыла?! — недовольно поинтересовалась Ринко Кузаки.

— Пришла проведать Сидзуку-тян, — поправила очки Шимомуро Ю.

— Поверь, она может за себя постоять.

— Подозрительно это все. И твое поведение тоже.

— Это клановые дела Юто, у него и спрашивай.

— Так и собиралась поступить.

Ринко решительно постучала в дверь. Беспардонно вламываться перед одноклассницей показалось неудобным. Дверь отворила Сидзука. Видно, что девочка сильно измотана. На мизучи красовался полупрозрачный пеньюар, белые трусики и любимый красный бантик.

— Кха! Сидзука-тян, в каком ты виде разгуливаешь у Амакава дома?!

— Я разве трусики забыла надеть? Хм, на месте, нано…

Мизучи сонно зевнула и потерла слипающиеся глаза.

— Мы подняли тебя? Прости, Сидзука-тян.

— Нет, я еще не ложилась, нано. Всю ночь трудилась, чтобы сделать братику Юто приятное…

Староста окаменела. У Ринко задергался глаз. Изнутри дома донесся голос Юто:

— Моя лоли, помоги открыть мешок! Боюсь, мы можем повредить подарки.

— Ничего без меня не могут. Юто, к тебе пришли сестренка-драчунья и сестренка-в-очках.

— Драчунья?! — возмутилась Ринко.

— Ну хотя бы не «четырехглазая» на этот раз, — вздохнула Шимомуро.

— Упс, — выдал я, когда увидел выражение лиц уже бывших одноклассниц. — А мы тут подарки от санты распаковываем.

«Врезать» гласила физия Ринко. «Кастрировать» говорило лицо Шимомуро. Совсем я завозился с мешком, даже не заметил, что кто-то пришел.

— За твое поведение Юто, я бы даже угля пожалела, — Кузаки.

— Надеюсь, там судебный ордер, — староста. — Я смотрю у тебя тут оживленно, Амакава-кун. Еще скажи, это твои клановые люди.

— Конечно нет! Не люди…

Сидзука склонилась над мешком. Аккуратный выброс магии, и посылочка раскрылась. Я с энтузиазмом перевернул мешок, намереваясь высыпать содержимое на пол. Тяжеленный блин! Повалили какие-то блестящие железяки.

— Бву-ух! — на пол упала здоровенная металлическая штуковина.

Я думал реально поседею тут. По паркету катилась настоящая боевая мина с виднеющимися символами US. Или бомба, не разбираюсь в этом.

— Сидзука!! Откуда это?!

— А? — с закрывающимися глазами вяло ответила мизучи. — Не знаю, наверное, после второй мировой нашла.

— Айя, ты можешь это съесть?!

— Я-я не хочу это есть, Амакава-сама. Но если вы прикажите…

— Кагецуки!

— Э?!

— Вот тебе вступительное задание. Убери эту штуку из города. Хоть на Фудзи забрось. Как Фродо Беггинс. Главное — избавься от нее.

— Понял, Амакава-сан, — убито произнес журавль, и схватил мину подмышку.

— Амакава Юто, тебе лучше объяснить, что здесь происходит, — серьезно произнесла староста, но я отмахнулся.

Далее мы с Айей и Гинко действовали более осторожно. Через несколько минут в гостиной моего дома лежала приличная горка из старых часов, зажигалок, медалей и прочего хлама, а также золотых цепочек, серебряных медальонов и множества колец. Благородные металлы и несколько драгоценных камней волнительно сверкали на утреннем солнце. Со словами «моя прелес-сть» я обхватил сокровища руками. Ух-х, заживем теперь!

САМБА-2. Цукумогами и я

Глава 1

— Моя лоли, дай я тя расцелую!

— Я тебя сама щас «расцелую»! — взъярилась Кузаки.

— Ринко!

Я подхватил возмущенную подругу детства и расцеловал по-брежневски, только без контрольного засоса в губы, ограничившись лбом. Настроение было превосходное.

— Староста! — повернулся я.

— Не подходи ко мне Амакава! Маньяк-извращенец!

— Нано! Ты меня собирался поцеловать!

— Конечно!

Сидзука сильно старалась подставить мне губы, но я умело уклонился, пройдясь по щекам и лбу.

— Иди отдыхай.

— Без меня не уходите, нано-о…

— Амакава-кун, ты сильно изменился, — проговорила Шимомуро.

— Вот-вот. Где тот тихий и спокойный Юто, которого я знала? — вздохнула Кузаки.

— А-а, сейчас объясню.

Я сбегал в свою комнату и взял амулет. Химари проснулась и потянулась вниз со мной. Я передал уже давно потухший артефакт Ринко.

— Это же оберег твоей бабушки?

— Да. Он скрывал мою ауру от демонов, заодно и стирал детские воспоминания и серьезно вредил психике. Вообще, я сейчас должен быть на полголовы выше ростом, как минимум!

— Но зачем это твоей бабушке?

— Это личные дела клана. Староста, ты спрашивала, что происходит? Можете взять почитать мои научные труды по аякаси. Только из дома не выносить.

— Почему ты мне ничего не рассказываешь? Про бабушку, про этот клад? Кто такой Кагецуки? — завалила вопросами Кузаки.

— Вы несовершеннолетние, и я не имею права вас во все это втягивать. Исполнится двадцать, можете подавать резюме моей секретарше.

— У тебя и секретарша есть?

— Будет. Айя, ты сможешь съесть сокровища? Есть место?

— Да, Амакава-сама.

— Отлично. Поищи в интернете организации по торговле драгоценностями. Когда Кагецуки вернется, будете вместе с ним заниматься сбытом. Наверное, часть в качестве налога отберут, ну да ладно. Пусть их оценят, проведут аукцион, следите, чтобы не обманули. Можете нанять какого-нибудь опытного специалиста для перепроверки. Часть заложите сразу после оценки — деньги нужны срочно. Справитесь?

— Да, Амакава-сама, — конверт тщательно законспектировала мои приказы.

— Ринко! Дашь денег в долг?

— Э?

Я метнулся к кучке и выудил оттуда красивый серебряный браслетик. Вроде чистый.

— Я тебе почти никогда ничего не дарил. Вот, держи.

— Спасибо, Юто! — улыбнулась Кузаки.

— Староста, нечего косить глаза, не заслужила. Химари-сенсей, пойдем тренироваться! У нас еще куча дел сегодня.

— Няэ! (есть!)

Мы с кошкой вышли на небольшой задний дворик, заросший высокой травой. Возле забора уже начинались настоящие заросли. Черт бы с ним — все равно в Ноихару буду перебираться. Бакэнэко сразу принялась командовать:

— Милорд, вам надобно обучиться ауру свою прятать. У Генноске-доно плохо получалось сие. Но ваша сила пока не больно слепит. Коли постараетесь, никто сыскать не смогет.

Химари села на веранду, свесив ноги.

— Ложитесь головой сюда, милорд.

— Хм, это точно обязательно?

— Верьте своему сенсею, милорд.

Я лег на веранду, положив свою голову на колени бакэнэко.

— Постарайтесь спрятать свет изменяющий. Не дайте выйти ему из своего тела. Сообщу я, когда будет получаться.

Не слишком подробное объяснение, впрочем, на большее и не рассчитывал. Закрыть глаза, отрешиться от теплых и близких ножек Химари, от нависающих…

— Сенсей, ваши молочные железы мешают сосредоточиться! Кстати, аякаси могут давать молоко?

— Пока ваша славну кошечка неспособна на сие. Но коли милорд постарается, помнет